Блог с провокативным названием «Языковедьма» ведет лингвист, преподаватель и популяризатор науки София Медведева. Недавно София приезжала в Челябинск на «Рыжий фест» и рассказала журналисту hornews.com о феминитивах, «задорновщине» и о том, зачем копаться в языковых тайнах.

О названии блога и феминитивах

Название блога привлекает внимание сразу. Сама София объясняет его так:

«Это форма женского рода от слова „языковед“. Я не хотела вкладывать туда никакую мистику, но, учитывая, что я пишу и про фольклор, подумала: пускай звучит „ведьма“. И в английском варианте получается тоже вот это language, которая также повторяет слова lang witch. Когда пришло это озарение, я встала посреди ночи и пошла менять название канала. Это было лет пять-шесть назад, с тех пор оно такое».

К новым формам вроде «языковедка» или «авторка» она относится настороженно:

«Мне такое не очень нравится. Этот суффикс -ка дает ощущение какой-то пренебрежительности. Когда пишут „авторка хотела сказать что-то“, кажется, словно что-то скрипит. Думаю: пускай будет автор! Хотя не исправляю никого».

По мнению Софии Медведевой, слова не влияют на ментальность напрямую — скорее, выдают отношение человека к сфере:

«Если женщина говорит „я директор“, понятно, что у нее достаточно строгий, консервативный подход. Если она говорит, что она „директорка“, то, скорее всего, это человек поколения миллениалов или зумеров — причем, скорее всего, еще и проникнувшийся определенными идеями».

О «задорновщине» и псевдонауке

Отдельная тема — так называемая «задорновщина», стремление искать несуществующие псевдонаучные связи. У Софии к этому двойственное отношение:

«Задорнов привел многих людей в лингвистику. Тех, кто даже никогда не задумывался о связях между языками, словами и какими-то явлениями, он просто заинтересовал. Дальше у заинтересованных два пути. Либо они действительно начинают разбираться, открывают учебники, книги, словари, статьи и начинают понимать: „Ага, Задорнов все как-то шутил“. Для меня было очевидно, что это шутки, а дальше уже ты занимаешься наукой. Но другая часть людей решила, что это и есть научное исследование, — и несет это в массы».

С такими последователями, по словам Софии, бороться невозможно:

«Если приходит последователь „задорновщины“, у него никаких сомнений никогда не будет. Его невозможно переубедить ни в чем, у него все всегда просто. Когда я вижу в комментариях к какому-нибудь посту: „Я думаю, что все намного проще“, я понимаю, что сейчас будет какая-то дичь».

О словах, которые удивляют каждый день

Языковые открытия, по словам Софии, случаются ежедневно:

«На днях меня удивило, что слово „племянник“ происходит от слова „племя“. Казалось бы, это очевидно! Я столько лет этим занимаюсь, но какие-то вещи ускользают до последнего момента. Вроде бы понятно: есть слово соплеменник, единоплеменник — человек своего племени. Но почему-то „племянник“ в эту картину у меня совершенно не укладывался».

Еще один пример — слово «рикша»:

«Оно пришло из японского через китайский. Оказывается, вот это окончание -ша, отдаленно, возможно, заимствовано из индоевропейского корня, связанного с нашим словом „колесо“. Вот такой вот путь прошел этот корень. Я сразу написала пост, потому что я не могла жить с этим одна».

О «нишевом» и языке как он есть

Слово «нишевый», которое, по слухам, грозится стать словом года, София приняла в свой лексикон:

«Мне очень понравилось это слово. Кажется, мне всю жизнь его не хватало. Потому что у меня увлечения всегда были достаточно нишевые. Говорить „нишевая жизнь“ тоже мне не кажется странным, нишевым может быть, мне кажется, все что угодно. Да, допустим, есть слово „необычный“, но „нишевый“ добавляет какой-то новый оттеночек, который мне тоже нравится. Как будто есть в этом что-то эксклюзивное, уникальное, с посылом, что это может нравиться, может не нравиться, и мне все равно, для меня это мое. Мне кажется, вот мой канал достаточно нишевый, потому что кому нужны эти праиндоевропейцы. Вот я так собираю по чуть-чуть людей вокруг этого, кому нравится такой вот нишевый интерес в рамках лингвистики».

При этом девушка признает: правильно, оказывается, «нишевой», но собирается это отрицать.

В вопросе о том, ориентироваться ли на то, «как должно быть», или на то, «как язык живет на самом деле», София выбирает второе. Поправлять человека, считает София, это моветон:

«Сейчас модно, наверное, быть дескриптивистом, описывать язык таким, какой он есть, принимать его таким, какой он есть. Мы и друг друга сейчас больше принимаем такими, какие мы есть. Хотя, конечно, бывают такие люди, у которых настолько много ошибок, что это непочатый край исправлений. Там как будто бесполезно исправлять. А если человеку интересно говорить правильно, то он сам потихонечку исправит свою речь».

О сленге, молодежи и грамотности

Сленг, по мнению Софии, был и будет всегда:

«Даже среди слов, которые мы говорим каждый день, некоторые пришли из сленга. Например, слово „глаз“. Мы знаем, что раньше это было око — очи, окна, очки остались нам в наследство от этого. Но когда-то кто-то придумал называть очи глазами. Наверное, сначала это воспринималось старшим поколением не очень хорошо. Возможно, они ругали молодежь, которая портит язык. Но теперь мы говорим глаза, а очи уже кажется чем-то устаревшим. Современные сленги точно так же будут работать: что-то, что всем понравится, останется, другое уйдет, и уже через 10 лет мы не вспомним какие-то слова».

Насчет грамотности молодого поколения у Софии нет пессимистичных прогнозов:

«Я работала в школе два года, и я бы сказала, что дети так же пишут и говорят, как и мы говорили и писали. Просто из-за того, что сейчас все пишут, мы можем наблюдать за становлением речи молодежи. Плюс я не думаю, что грамотность — это какой-то универсальный показатель качества человека, уровень. Он может быть хорош в чем-то другом».

О древности, которая рядом

На лекциях София показывает, как элементы древней истории, исчезнувших языков, народов и мифов проникают в современные языки.

Пример — слово «бистро».

«Про него есть красивая версия, что это пошло от русских, которые торопили „бистро, быстро“. А есть две версии более реалистичные, от французских слов. По одной из них есть связь со словом, которое означало „слуга“ или „официант“, а другая — от напитка, причем часть „бис“ означает „два“. То есть это был какой-то напиток, смешанный из двух, и кажется, чуть ли не кофе с бренди. Мне все предположения нравятся. Как тут выбрать?»

О профессии и мурашках от древности

Самое интересное в профессии для Софии — ощущение древности:

«Я в детстве хотела быть археологом, но мне родители сказали: что будешь там в пыли эти черепки копать, в палатке жить? Я решила: да, действительно, в палатке я не хочу. Поэтому теперь я дома занимаюсь археологией лингвистической. Слова как черепки собираю, сдуваю с них эту пыль — месопотамскую, китайскую, южноамериканскую, нахожу связи, собираю „горшочки“ лингвистические. Все ради ощущения мурашек от каких-то новых осознаний».

Полную версию интервью можно прочитать на сайте hornews.com.

На «Рыжем фесте» в Челябинске также презентовали книгу о местной рок-музыке «Просто в поисках света» Романа Грибанова.