17 июля свой профессиональный праздник отмечают люди редкой профессии — этнографы. Дата в календаре выбрана неслучайно. Это еще и день рождения великого русского этнографа, антрополога и путешественника Николая Миклухо-Маклая. Когда-то он открыл Старому Свету обычаи папуасов Новой Гвинеи. У этнографов из Челябинска задача иная — они стараются запечатлеть для потомков жизнь южноуральцев. О своей профессии Первому областному информагентству рассказала этнограф, заведующая лабораторией исторической реконструкции ЧелГУ Ольга Новикова.
«Большая часть этнографов в нашем городе — это выпускники исторического факультета ЧелГУ. Во время обучения нас больше интересовали не исторические события, а жизнь обычных людей: как люди жили, что ели, во что одевались, какие праздники отмечали… Именно этим и занимается этнография. А работают мои коллеги в музеях и вузах», — говорит Ольга Новикова.
Чаще всего, замечает ученый, этнография занимается изучением сельского населения, так как в городе люди более мобильные и здесь сложнее сохранить традиции предков.
Чтобы собрать исторический материал, этнографы отправляются в экспедиции по сельской местности. Вместе с ними нередко едут филологи — собирать местный фольклор — и музыканты — записывать старинные песни. В деревнях ученые ищут старожилов — от них и можно узнать много интересных вещей, связанных с традициями разных этносов. К примеру, русских, татар, башкир, нагайбаков, казахов и представителей других национальностей.
«Иногда попадаются такие интересные рассказчики, к которым ездишь по несколько раз, которых помнишь годами. Если историк встречает таких людей в первых же экспедициях, то есть шанс, что он задержится в нашей профессии», — замечает этнограф.
Беседа с пожилым информатором может длиться и три, и четыре часа. Рассказ человека записывают на пленку, самого информатора фотографируют. У него могут попросить в дар старинные вещи — предметы быта, одежду. И многие соглашаются передать их ученым, музеям, так как считают важным сохранить все это для потомков. Например, в детском музее Государственного исторического музея Южного Урала сегодня можно увидеть реконструкцию русской избы. Ее интерьер воссоздан в том числе по словам нашего собеседника, а в самой экспозиции много старинных вещей, которые привезли из экспедиций Ольга Новикова и ее коллеги.
Отправляясь в экспедиции год за годом, ученые наблюдают, как меняется жизнь и исчезают приметы прошлого времени.
«На моих глазах за 20—30 последних лет исчезли, к примеру, особенности местных говоров. Раньше селяне активно использовали диалектный язык, и молодые, и пожилые. Сегодня деревня говорит на литературном языке, использует молодежный жаргон. А диалекты исчезают. Интенсивно меняется и облик сельских поселений — люди используют новые строительные материалы. Газификация привела к тому, что в деревне почти не встретишь русскую печь. А настоящую русскую кухню нельзя приготовить без русской печи», — замечает ученый.
Раньше калитки и двери в деревне, продолжает этнограф, не закрывались, а хозяйки старались накормить гостей, напоить — иногда есть приходилось даже из вежливости через силу. Действовал закон гостеприимства из русской сказки: «напоить, накормить, а потом разговаривать». Сегодня эта традиция также в прошлом.
Однако полного растворения самобытных традиций этнологи не боятся.
«Уходит локальная специфика культуры. Люди перемещаются, живут то в одном, то в другом месте. Но человеку по-прежнему важно чувствовать себя русским, татарином, башкиром, нагайбаком, казахом… Одно время этнологи опасались унификации. Но когда люди пресытились информацией, начался обратный процесс: в обществе растет интерес к этнической культуре и этническим ценностям», — говорит Ольга Новикова.
При этом многие традиции просто невозможно разрушить, ведь они передаются в семье из поколения в поколение.
«Семейное воспитание в значительной степени остается традиционным, и так всегда будет. Потому что навыки внутри семьи передаются от мамы к дочке, от бабушек к внучкам — и таким образом транслируется традиционная культура. Иногда мы даже не задумываемся о том, как много в нашем повседневном быту предопределено традицией: как мы здороваемся, что мы едим на завтрак, как устроено наше жилище, как мы принимаем гостей, какие мы праздники отмечаем, как застолье организуем», — рассказывает этнограф.
С большим интересом этнологи наблюдают сегодня за укладом жизни приезжих иностранцев. Специалистов интересует, что происходит с традиционной культурой какого-то этноса в чужой культурной среде.
«Я вижу, что у таджиков, узбеков 8—9-летняя девочка может, как няня, выгуливать несколько малышей. Такое было и в русской деревне начала XX века, я вижу это по фотографиям и отчасти помню по своему детству. Но сегодня у русских эта традиция исчерпана. В городах маленьких детей без мам уже вообще никуда не отпускают. Но наши прабабушки делали так в силу многодетности и в силу того, что другой была бытовая культура. А сейчас ее осуждают», — говорит Ольга Новикова.
Вклад этнографа в сохранение исторической информации измеряют количеством интервью со старожилами. Эти беседы расшифровывают слово в слово и хранят в архивах. Когда-нибудь они подарят много новых открытий.